Казино гранд онлайн бесплатно

Я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами

я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами

пригород муходрищенск с блэкджэком и шлюхами. меня разработка игры хобби и ничего больше, вот я и занимаюсь им в свое удовольствие. Ну не знаю какие они там кореши тебе), а я ссорился с ними после парада специально. Или делать свое казино с блэкджеком и шлюхами. Однажды она покидает своё гнездо и летит искать куст терновника и не успокоится, Тогда, я думаю, в громком своё казино с блэк-джеком и шлюхами!

Я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами

Вы можете прийти к нам.

Вы можете прийти к нам.

Я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами my bets betfair я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами

Бендер Родригес - известный мультипликационный железный герой, фразы которого может повторить каждый, кто хоть раз смотрел американский мультсериал «Футурама».

Форум о баскетболе ставки JoseBic 18 maart darkfox market link liberty market darknet. И в это время о чудо! Scottpam says 3 months ago. Для продуктов того класса, которые выпускает то же Rovio, не требуются массовые специалисты. Как же так?
Я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами И репутация постепенно восстановится. У нас вы можете выбрать любую нужную для вашей работы базу для прогонов Xrumer и GSA, allsubmitter по разной ценовой категории. Назовите ее так: "Анализ проблем транспортировки вещества в жидком агрегатном состоянии в сосудах с перфорированным дном". Больше. Минус отдельного файла.
Игровые автоматы в чернигове Казино рояль 2006 смотреть онлайн бесплатно в хорошем качестве hd 720
Рулетка онлайн америка 384
Как играть с другом в unturned на своей карте RiccoBic 18 maart darknet market darknet wallstreet market. WilliamReurf 18 maart darknet market stats what is the darknet market. Собеседуюсь в хедж-фонд — а там два русских мужика в технологических основателях. И восхваления Hiko - это его собственное мнение. Святое место!
Выиграть ставки в футбол Играть в карты в харькове
Работа кассир-опервтор в игровые аппараты Карта бита косынка играть бесплатно онлайн
Я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами 530
Играть в игровые автоматы бесплатно демо 491

КАК ИГРАТЬ С КАРТОМ

Вы можете прийти к нам.

Но необходимо пробовать. Выбора не было. И все-же фортуна его не покинула. Хлопнула дверь подъезда, из него возник шофер «лексуса» и скорым шагом направился к собственной машине. Шофер отключил сигнализацию, открыл дверь машинки и обернулся на шаги приближающегося Жеки.

Тот с размаху врезал ему по голове ножкой нет, все-же — кусочком стула. Попал в правую часть лба. Раздался хруст — донельзя противный таковой в данных обстоятельствах звук, и шофер мешком упал у машинки. Жека выдернул из его кулака брелок с ключами и запрыгнул в тачку. Еще не зная, что так он и повстречался с Джонни Деппом, ведя себя для первого знакомства чуток фамильярно.

Дыбена в сгустившейся как опухоль темноте, дома постройки 70-х на Искровском. Освещенные тусклым, как будто украденным электричеством окна. Чувство, что счастливые люди тут не живут. Двор, заваленный облетевшими листьями и мусором. Осень — печальный сезон. Лету пришел конец. Ожидай зимы, которая придет и скажет: «Все-все. Время вышло. Попробуй еще раз в последующем году». Саундтреком — приглушенный похоронный трип-хоп «Portishead» из колонок в прокуренном салоне десятилетнего «БМВ».

Марк Новопашин вылез из кара, включил сигнализацию и двинулся в сторону проспекта, где, как он помнил, около остановки был ларек. Нагнулся к окошку и, перекрикивая шум торопящихся машин, спросил пачку «Лаки Страйк».

На обратном пути увидел безымянное заведение с торца 1-го из домов. Бар, схожий на сумерки. Бармен за стойкой — усталый Пьер Ришар со сломанным носом. За ним, на полках — разлитый по бутылкам цирроз печени. По телеку, подвешенному у потолка — бокс на ворованном канале. Клиенты за обшарпанными столиками пробуют перепить друг друга.

Двое либо трое поворачивают головы и глядят на Марка взорами, отравленными спиртным. Ему кажется, что на данный момент они улыбнутся остроиглыми гримасами нежити и накинутся на него. Бармен кивает. Замызганная шведская кофеварка плюется паром.

Запах кофе смешивается с каким-то остальным запахом. Пахнет как как будто гепариновой мазью. Через три минутки на стойке дымится чашечка кофе. Из сахарницы с налипшими комками сахара Марк зачерпывает три с половиной ложки, памятуя присказку бабушки: «Сахар и соль — белоснежный яд». Обжигающий горько-сладкий напиток заполняет тело кофеином, который ему еще пригодится. Алька сейчас ночует у него опосля 2-ух дней отлучки. Опосля ее ночевок, когда тахта полночи поскрипывает под тяжестью их тел, он не высыпается и весь последующий день ощущает себя разбитым, как первого января.

Но дело того стоит. Он допил кофе, протянул бармену купюру и, не дожидаясь сдачи, вышел на улицу. Сентябрьский воздух забрался под куртку. Теплый поцелуй выручил бы от холода, но есть лишь сигареты. Двенадцать миллиграмм смолы, ноль целых девять 10-х миллиграмма никотина. В один прекрасный момент курение его доконает. Мимо него со двора выезжает кар — новейшей модели японский кроссовер.

Марк провожает его безразличным взором и ворачивается к «БМВ». У примыкающей машинки копошатся двое типов, на одном — грязный зенитовский шарф. Повадки как у винтовых со стажем. Заметив Марка, пугливо отступают в темноту. В «бэхе» он глядит на электронные часы на приборной панели. Еще пятнадцать минут — и время клиента кончится, ежели он не захотит продолжения. Лишь от мысли о том, что даму, с которой он собирается провести ночь и остаток жизни, может продлить обитающий на съемной квартире кавказец, у Марка начинает болеть голова.

Пульсации в правом виске напомнили март, когда он казался для себя сверхпрочным мазохистом, наркоманом боли. Марк горстями ел прописываемый доктором трамал, но с тем же фуррором можно было есть бутерброды с сыром. Боль не уходила, она лишь становилась злее и агрессивнее. В апреле он перебежал на «бушмиллс», и, умопомрачительно, но алкоголь посодействовал. На данный момент Марк осознавал, что 5 упаковок контрабандного ирландского виски, купленного прямо в порту через знакомого докера, посодействовали ему продержаться всю весну.

Не рехнуться от боли, физической и душевной. Виски и «House M. Когда он работал, времени на телек и, тем наиболее, на телесериалы у Марка не было. В весеннюю пору же, в 30 четыре года уволенный по состоянию здоровья, брошенный супругой, просыпавшийся ночкой, чтоб проглотить 100 гр «бушмиллса», и еще со 100 начинавший утро, Марк запоем смотрел «мыло», где колченогий доктор — мизантроп разрушал свою жизнь, пил, воспринимал наркотики, издевался над сотрудниками и мимоходом и с пафосом вылечивал нездоровых.

Сезон за сезоном. От упертого копа, пытавшегося прищучить Хауса за наркоту, до психушки, от прыжка из окна отеля до протараненной каром стенки дома бывшей подруги. Телереальность и алко заменили Новопашину реальную жизнь, в которой приходилось бриться, принимать душ и идти в магазин либо на прием к доктору. В которой из всех коллег звонил и навещал лишь Миха Костров. В которой супруга, официально еще бывшая за ним замужем, чрезвычайно быстро от матери переехала к отпрыску ее древней подруги, жившему за городом в коттедже с гаражом на две машинки.

Когда Марк о этом вызнал, он просто налил виски и подошел к окну. Испил и налил еще. Вид из окна квартиры на трубы, атлантами державшие небо, напоминал свалку. Сам Марк был астронавтом, которому предстояло в одиночку девять лет лететь до Плутона. Так длилось до начала июня, когда в конце рабочей недельки к нему заехал Миха, вялый опосля тяжеленной смены в отделе. Напиться — к этому Марк относился положительно.

Он пошел в комнату, чтоб достать бутылку из крайней коробки с 3-мя нарисованными на картоне перегонными кубами. На кухне выпили по одной, а позже оказалось, что под словом «напиться» Миха имел в виду не посиделки на кухне, а рейд по городским барам. Для тебя на данный момент это необходимо. Считай, что это рекомендация доктора. Костров принудил Марка переодеться. Шмотки, грязные так, что того гляди — встанут и уйдут, полетели в стиралку. Он влез в практически незапятнанные джинсы, надел кофту из магазина дешевенькой скандинавской одежды.

На кофте Рокки Бальбоа победно вскидывал ввысь руку. Они начали в пабе в 3-х кварталах от его дома, взяли такси и поехали в центр. От заморочек на входе в диско-бары их избавляла раскрываемая перед носами сторожей «корочка» Михи. Марк чувствовал себя Робинзоном, попавшим с необитаемого острова восемнадцатого века на церемонию вручения «Оскара».

Ди-джеи игрались такую музыку, что он даже не мог осознать, как под нее двигаться. Девушки, опьяненные, радостные и нередко полуголые, через минутку опосля знакомства переходили на «ты» и раздавали недвусмысленные авансы. Освещение делало их всех неотразимыми. Ноги прилипали к полу. В туалете 1-го клуба прямо у раковин нюхали кокаин, а в дальней кабинке громко занимались сексом, и Марк не поручился бы, что это была разнополая пара. Подружка у крошки нашлась. У нее были каштановые волосы, длинноватые ноги и 4-ого размера грудь, которой она прижималась к Марку во время танца.

Улыбаясь, женщина демонстрировала большие лошадиные зубы — и это как-то привело его в чувство, вернуло в настоящий мир. Он практически вырвался из объятий ее тонких как спицы рук и сбежал на улицу, сел прямо на поребрик в 10 метрах от дверей клуба и опрокинул в себя 50 скотча. Люди, тусующиеся на тротуаре у этого и примыкающих клубов, готовые ехать хоть к черту на кулички лишь плати «бомбилы» поодаль, звон стекла, бьющегося о асфальт и о стенки — вся атмосфера напомнила ему «Blade Runner» Ридли Скотта, с поправкой на наступившие белоснежные ночи.

Он помотал головой. Несколько секунд Миха смотрел на него, молча ушел в клуб и скоро возвратился с новенькими порциями виски. Сел рядом с другом и протянул ему толстостенный стакан, в котором плескалась золотистая жидкость. А меж ног-то как? Все в норме? Самое главное! А то ты меня уже напугал… Я сообразил тебя. Мне уже все равно, я опьяненный, а ты трезвее и видишь, какие здесь скотины. Ни одной привлекательной, мама их. Я прав? Вывалившегося из стратосферы ангела по имени Рокстар Марк увидел в «Реалити-шоу» — драгоценном декадентском клубе, куда их долго не пускала охрана.

Расследуем тяжкое грех. Нам необходимо пройти и задать несколько вопросцев очевидцу. Препятствие расследованию, сопротивление при аресте. А позже уже «скорая помощь» для тебя ничем не сумеет посодействовать, сообразил либо нет? А, этот? У вас зарезервирован столик? Ежели отопьешь, мы не будем против…. Они поднялись по узенькой лестнице, сели у стойки бара в углу и заказали испить. Большой полутемный зал, в котором ранее плясали балы дворяне. Полтора 10-ка ламп с красноватыми абажурами на столиках меж баром и низкой сценой с блестящими пилонами в железной клеточке и нацеленные на нее точечные прожекторы.

Юноша в наушниках за ди-джейским пультом играл сонный лаунж с компакт-дисков. Официантки в маленьких, до ноги, юбках и в форменных блузках с вырезом сновали меж столиков, за которыми посиживали мужчины в деловых костюмчиках, дресскоде нефтяных правителей и хозяев футбольных клубов — уж никак не меньше. Несколько разодетых дам ели, пили и внимали своим спутникам. Бармен не успел ответить, как зажглось несколько ярчайших прожекторов, осветивших возвышение, на котором возник мужчина в летах с микрофоном на лацкане пиджака.

Руки в клеточки не совать, бананами не кормить! Средства за билеты вернуть нельзя! Раздались водянистые аплодисменты. Заиграл притихший на время ди-джей, и на сцену вышли две девушки. Брюнетка в белье под леопарда и с леопардовыми же пятнами боди-арта и блондинка с винтажной прической и в тунике. Они зашли в клеточку. Конферансье закрыл за ними дверь. Лишь они не посиживали, а плясали. Сначала по отдельности, у шестов, заводя зрителей полуобнаженкой, потом сошлись совместно.

Полетела снятая туника, Милана выгнула спину, подставляя Хищнице грудь для поцелуев, сразу снимая с нее лифчик. Миха отставил стакан и захлопал. Пластика женщин и хореография танца восхищали. Танец странноватым образом был похож на схватку. Целуясь и держа друг друга в объятиях, девушки избавлялись от одежды, на топлесс не тормознули, и, в конце концов, предстали перед зрителями обнаженными.

Марк, думая, что это конец номера, желал уже было зааплодировать, но танец не прекращался. Поначалу рука Миланы легла меж ног Хищницы и стала там двигаться, вызывая бурю чувств на бесстыдно повернутом к публике лице. Через минутку она резким движением уложила Милану на сцену, забросила ее ноги для себя на плечи и склонилась к ней. Ее пальцы с длинноватыми как когти ногтями сжимали груди партнерши.

Два сплетенных тела в свете ярчайших цветных прожекторов под музыку с ритмом ударов баскетбольного мяча о пол, с плотной стенкой звука и как жгучий перец вкраплениями восточных цветов. Под прицелами чужих взглядов девушки ласкались пальцами и языками. Хищница, сидя на лице Миланы, откинулась назад, на несколько секунд застыла луч прожектора скользнул меж ее бедер , а позже опустилась телом вперед, создавая иллюзию прыжка охотящегося хищника.

Повтори-ка, дружище! Пока Миха с Марком обменивались впечатлением, на смену Хищнице и Милане в плотную атмосферу ожидания разврата вышли последующие девушки. Ведущий представил их как Вич и Рокстар. Колдунья была с длинноватыми рыжими волосами, тоже в тунике, но фиолетового цвета, с босыми ногами.

Рокстар — со стрижкой каре светлых волос, с темными как в кино у спецназа полосами на лице, в наглухо застегнутой недлинной кожаной куртке, широких джинсах-«трубах» на бедрах и с красно-белой, сверкающей колками электрогитарой наперевес. Глаза прикрывали солнечные очки. Позднее Марк поразмыслил, что все происшедшее позже вышло из-за музыки. Ди-джей поставил медленную композицию, практически колыбельную. Двое печальными негритянскими голосами ведали историю про прогуливающую по пригороду малышку, запах Ямайки и дефлорацию, а пульс качающего тягучего бита напомнил Марку мелодию со вступительных титров «Хауса».

Опосля Алька произнесла ему, что песня именуется «Karmacoma». А тогда он смотрел, как Вич расстегивала «молнию» на куртке Рокстар. Под курткой у той ничего не было. Маленькие, казавшиеся загорелыми в свете прожекторов, груди размером с теннисные мячи с сосками, заклеенными крест-накрест белоснежным непрозрачным скотчем.

2-мя ладонями она целомудренно прикрыла грудь, а позже резко опустила их. Грифом висячей на плече гитары Рокстар приподняла подол туники, обнажая промежность Вич. Мелькнул темный треугольник ее трусиков. Присев, Рокстар обеими руками спустила их. Колдунья оттолкнула ее и стала кружиться вокруг девушки с гитарой, как будто наводя чары.

Движениями сомнамбулы Рокстар опустила гитару и сбросила куртку и джинсы, оставшись на сто процентов раздетой. Рокстар, повернувшись спиной к зрителям, опустилась на колени и на запястья, и ниже — на локти. Скинув через голову тунику, Вич склонилась к стоящей в позе кошки партнерше и коснулась губками ее ягодиц. Несильно шлепнула по ним ладонью. Провела рукою по персику меж ногами. Языком достала до стоявшего торчком клитора.

Рокстар выпрямила спину и сделала попытку освободиться. На лице у Колдуньи заиграла похотливая ухмылка, в ее руке возникло дилдо. Высунутым острым языком она облизывала блестящий пластик, а Рокстар, обернувшись, смотрела на нее. Ее рот округлился, когда дилдо вошло вовнутрь. В темпе впадающей в кому музыки стала двигаться ему навстречу.

Боковым зрением Марк лицезрел подавшегося вперед толстого мужчины, сидевшего за наиблежайшим к сцене столиком. В руках он держал позабытую вилку с наколотым на нее кусочком мяса. Смотрелось это отвратительно и комично сразу. Сам Марк ощущал удивительную консистенция похоти и детского восторга. За несколько мгновений до окончания песни лицо Рокстар исказила гримаса поддельного оргазма, и она опустилась левой щекой на пол.

Очки с золотистыми линзами сползли с глаз, и на несколько секунд Марку показалось, что он встретился с женщиной взором. Рокстар поправила очки. Вич протянула ей руку, помогая подняться. Провожаемые аплодисментами, девушки вышли из клеточки. С ними все можно. Это же шлюхи. Пляшут, доводят толстосумов до белоснежного каления, а позже выставляют ценник — и пожалуйста, все для вас. С выпивкой в руке, слегка пошатываясь, Костров направился к сцене, на которой две новейшие девушки в одних белоснежных рубахах поливали друг дружку из водяных пистолетов.

Мокрая ткань красиво облегала их формы. Но Марк смотрел не на их, а на друга, который, размахивая вольной рукою, о кое-чем спорил с «продюсером». Через две минутки Миха возвратился. Дает другую, но стоимость ломит… Да для тебя иная и неинтересна, правда? Отправь, — Костров потянул Марка за рукав. Марк пошел за ним, говоря для себя, что идет лишь для того, чтоб вынуть Миху из проблем, в которые тот вот-вот влипнет.

Одна раскрытая дверь, 2-ая — и вот перед ними сторож. Пожалуйста, дай пройти, — в который раз за вечер Миха ткнул «корочку» в лицо работнику клуба. На данный момент Толян подъедет. Не знаешь его, что ли? Интимное освещение борделя в комнате, где на широком кожаном диванчике посиживали трое: слегка приодетая Хищница, в куртке на голое тело и в джинсах Рокстар и пассажир лет сорока 5 в костюмчике, но со снятым галстуком и в уже наполовину расспахнутой рубахе.

Повернувшись к Рокстар, он говорил ей что-то про какие-то красноватые клеточки. При возникновении 2-ух незнакомцев вскочил, сбросив с себя руки сидевших по бокам от него танцовщиц. Какие еще свидетельские показания? Вы что, при исполнении? В таком состоянии? Моя фамилия Коваленко. Я — депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга. У меня есть отличные друзья в вашем ведомстве. Ежели не желаете завтра быть уволенным — кругом, шагом марш!

Но те молчали с непроницаемыми лицами людей, находящихся под суровыми седативными продуктами. Фактически, с Рокстар так и было, как незначительно позднее сообразил Марк. А будущее — в особенности. Вот ты депутат, а потом тебя снимают на телефон в ненадобном месте и ненадобном обществе, выкладывают в сеть — и ты уже никто. Забирай собственный галстук и вали отсюда, быстрее! Не считайте нас псами, грызущимися за текущую сучку, прошу прощения. Просто мой друг, потерявший дар речи опосля вашего шоу, желает с тобой, — он показал на Рокстар, — познакомиться.

Рокстар подняла на Марка глубоководные, по-другому не скажешь, глаза, и тот вдруг ощутил, как в душноватой комнате материализовались молекулы мистики. Когда до него дошло, что диск «Portishead» пошел играться по кругу 2-ой раз, Марк встрепенулся. Зеленоватые числа на часах произнесли ему, что Алька обязана была спуститься четверть часа назад. Либо отзвониться ему, что клиент ее продлевает. Он дастал до телефонной трубки.

Никто не звонил. Марк незначительно подождал. Забыла позвонить ему? Как это — забыла? Заглючила его трубка и не приняла вызов? Либо Алка застряла в лифте? Он набрал номер. Выждал восемь гудков, никто не брал.

Марк достал из бардачка травматический пистолет ИЖ, убрал его за ремень и вышел из машинки. Подошел к подъезду, набрал номер квартиры на домофоне. Наклонился к домофону. Щелкнул зажигалкой, пытаясь разобрать его марку. Надавил «звездочку», «решетку» и три числа — запрограммированный на заводе простой код взлома.

Подфартило, обычные опции не меняли. Запищав, магнит отпустил дверь. Подъезд был сравнимо незапятнанным, Новопашин опешил этому, еще когда они заходили совместно с Алькой. По лестнице Марк забежал на 1-ый этаж. Прислушался — тишь, лишь в некий квартире громко говорил телек. Вызвал лифт. Пока кабина лифта с шумом спускалась с верхних этажей, вспомнил лицо Алькиного клиента.

Чуток старше 30 кавказец, с наизловещим крючковатым носом, но выбритый, приветливый и улыбчивый. Показал Альке, где ванная, проводил ее масляным взором, поцокал языком в закрывшуюся дверь. Расплатился с Марком. Прекрасная таковая чрезвычайно. Не волнуйся, заморочек не будет. Лифт открылся. Неяркая лампочка, надписи, изготовленные маркерами — в противовес нетронутым стенкам в подъезде, запах сигаретного дыма.

Марк решил подняться по лестнице. Перескакивая через ступени, влетел на 4-ый этаж, подошел к хлипкой двери съемной квартиры, длинно позвонил. За дверью стояла тишь. Он ощутил, как гладкое яичко беспокойства изнутри разбил своим клювом ужас. Позвонив еще раз, Марк достал ИЖ. Подергал ручку двери. Но дверь хлипкая и раскрывается вовнутрь.

Он отошел на пару метров и с разбегу врезался в дверь плечом. Дверь затрещала, но выдержала. Пригодился 2-ой удар. Держа в правой руке пистолет, Марк толкнул дверь и вошел в квартиру. В коридоре и в обеих комнатах горел свет. И кое-чем пахло, резко и знакомо. На пороге 2-ой комнаты, уже почувствовав примешивающийся тяжкий запах свежайшей крови, он застыл и опустил травматику.

Вдруг услышал, как кто-то в комнате скребется, и, не раздумывая, вошел. Самым ужасным воспоминанием его юношества был не развод отца с мамой и не погибший от сердечного приступа прямо во время домашнего торжества дядя Иван. Самое ужасное случилось, когда ему было восемь либо девять лет. Он с родителями жил тогда на Далеком Востоке. Одним солнечным сентябрьским деньком дед Андрей, работавший инспектором в Рыбнадзоре, взял его с собой на Уссури.

Около часа они поднимались против течения на казенной моторной лодке. Вокруг были рыжие берега, прозрачный воздух и кета, плещущаяся в прохладной воде. Марк опускал руку в воду, ощущая струи воды, бившие в ладонь. Видевший это дед беззлобно покрикивал на него.

Они свернули на узкую, метров 5 от берега до берега, притоку, проплыли с полкилометра и выбрались на землю — далее были перекаты, и пройти на лодке было нельзя. Дед цепью приковал моторку к толстому дереву, закинул на плечо двуствольное ружье и зашагал по еле видной тропинке вдоль Серебряной — так называлась речка.

Марк еле успевал за ним. В Серебряной демонстрировала черную горбатую спину кета, непостижимым инстинктом, который позже назовут хоумингом, ведомая на нерест; под ногами шуршали опавшие листья, дед, забавно покряхтывая, указывал Марку на грибы по сторонам от тропинки — все было отлично. Пока они не выбрались на маленькую полянку, с которой с жужжанием в один момент поднялся рой осенних мух. Дед Андрей, которого через несколько лет за три месяца сглодает рак желудка, грязно заругался.

Марк выглянул из-за его широкой спины и ощутил тошноту. Вся поляна была покрыта выпотрошенными рыбьими тушками. Кета — с лилово-малиновыми полосами на боках, с длинноватыми челюстями. Со вспоротыми животиками и остекленевшими очами, с растопорщеными в агонии жабрами, там и сям измазанная остатками красноватой икры, потоптанная ногами и покрытая мухами; сотка либо две мертвых рыб, попавшихся в сети браконьеров.

Эта поляна еще долго позже снилась Марку. А в тот момент его согнуло пополам, и он стал извергать из себя практически переваренные остатки завтрака пополам со слезами, хлынувшими как из крана. Дед положил ему на плечо руку и говорил:. На данный момент, когда он глядел на кровавые брызги на линолеуме и на бледноватых обоях с выгоревшим тусклым узором, успокоить его было некоторому.

Ужаснее всего, что он ощущал начало приступа. Неожиданного, как постоянно. Голову заволокло туманом, грудь как будто бы сдавило тисками. В приглушенном свете он увидел кавказца, который навзничь лежал среди комнаты. Голый, с телом, покрытым густыми волосами и детородным органом, свалившимся набок. Пуля попала ему в шейку и, судя по всему, задела внешную сонную артерию.

Нехорошая погибель, жизнь уходила с фонтаном бьющей крови. Темно-алая лужа у тела, забрызганная мебель. Трехстворчатый шкаф, в полировке которого отражалась люстра «под хрусталь». Включенный торшер с пожелтевшим абажуром. Старенькый будильник «Янтарь», щелканье секундной стрелки которого Марк принял за живые звуки. Русский дизайн, улучшенный Джеком Потрошителем.

То, что было ею. Обнаженное тело с 2-мя огнестрельными ранениями в области сердца. Одна рука закинута над головой, глаза открыты, глядят в потолок. Лицо спокойное — и от этого все в комнате казалось наиболее отвратительным и нелепым. Марк подошел, прикоснулся к ее плечу. Теплое, но кожа на ощупь как резиновая. Таковой была 20 5 лет назад та подогретая осенним солнцем выпотрошенная кета, когда он, проблевавшись, осторожно дотронулся пальцем до одной из загубленных рыбин.

С трудом соображая из-за вибраций в черепной коробке, Марк достал телефон и немеющими губками успел именовать адресок диспетчеру «02». На Столичном Жека попал в «зеленый» коридор, устроенный стоявшими на каждом перекрестке патрульными в светоотражающих жилетах. Из аэропорта ожидали еще одного высокопоставленного слугу народа, который не мог растрачивать свое драгоценное время на ожидание у светофоров.

Медлительных водителей гаишники подгоняли полосатыми, как будто эрегированные члены зебр, жезлами. Постоянно бы так, поразмыслил Жека, утапливая в пол педаль газа. В некий момент стрелка спидометра дрожала у числа , а пылающие рекламами витрины неслись мимо непрерывным потоком.

До пересечения с Обводным каналом он долетел меньше, чем за 5 минут. Свернув на набережную, сбросил скорость. Из-за того, что правую от Столичного проспекта часть Обводного держал светофор, движение в сторону Канонерского острова было разрежено, но гнать уже не хотелось. Адреналиновый шторм, бушевавший в его теле во время угона и обезумевшой езды по городку, утих.

Полуприкрыв глаза, Жека пристроился за ехавшим в порт контейнеровозом и стал мыслить о том, чем займется сиим вечерком. Во-1-х, он погибает с голода. Необходимо поесть. Во-2-х, приобрести лечущее средство деду Стасу, пока еще не совершенно поздно. Тяжесть всех планет Солнечной системы вдруг навалилась на Жеку. Он ощутил, как взмокли ладошки и по-подлому задрожал глас. Можешь говорить? Наверняка, я вела себя некорректно.

Сожаления, по мнению Жеки, были самой дерьмовой вещью на свете. Толку в их — никакого. Вернуть и поправить ничего нельзя. По другому все были бы святыми. Ежели что-то сделал, стой на собственном до конца. По последней мере, вслух. Но на данный момент перед ним извинялась и вроде как искренне, ему хотелось в это верить женщина, которая ему чрезвычайно и чрезвычайно нравилась. Потому он попробовал вытряхнуть из памяти ее высокомерие, упрятал глубже сопротивляющуюся этому иронию и просто произнес:.

На данный момент кое-что доделаю — и готов. Ежели подъеду через полчаса? Когда Жека надавил «отбой» и кинул трубку на примыкающее сиденье, ему показалось, что он выиграл в лотерею. Опосля вчерашнего не особо успешного знакомства на вечеринке у Марго ему казалось, что нужно навсегда выкинуть из головы эту даму. К огорчению, фраза «даже нечего и пытаться» сразу относилась не лишь к его мыслям о том, как бы опять узреть Настю, но и к попыткам запамятовать про нее.

Женщина откусила от него кусочек. И он влюбился. А сейчас она сама позвонила ему, и они идут ужинать, вдвоем, без большой гулкой компании. И выходит, что у их вроде как свидание. Опомнившись, Жека увидел, что чуток не проехал далее, чем необходимо. Включив поворотники и пропустив две машинки по встречке, он свернул под длинноватую арку, соединявшую две стенки из красноватого кирпича, и тормознул у опущенного шлагбаума на пятачке, освещенном пятисотваттным прожектором.

Из будки по ту сторону «границы» вышел немолодой сторож и вопросительно поглядел на Жеку. Тот опустил стекло и именовал фирму, в которую ехал. Сторож кивнул, выдал Жеке картонный пропуск его на выезде нужно было вернуть с печатью организации и поднял шлагбаум. Со скоростью 5 км в час — ехать скорее мешали остатки асфальтовой дороги — Жека въехал на площадь, ранее занимаемую заводом резиновых изделий «Красный Треугольник».

Сумеречная даже в солнечный полдень территория, ограниченная Обводным каналом с грязной стоячей водой, Старо-Петергофским проспектом и улицей Розенштейна, дома на которой были сломанными зубами в гнилостном рту городка.

Кирпичные, с осыпающимися углами, со слепыми окнами без стекол строения — безупречная декорация для съемок кинофильма про Сталинградскую битву. Обвалившиеся эстакады. Высочайшие трубы, царапающие облака. Площади погибшего завода сдавались в аренду — склады, кабинеты сомнительных организаций, некий токарный цех. Обесточенные, с протекающими в дождик потолками и подвалами, полными крыс, полуразрушенные корпуса по окраинам населяли кланы нелегалов из Средней Азии, с которых питались часто заезжающие сюда копы.

Один раз Жека увидел грязного парня — таджика, пасущего 2-ух чахлых баранов меж ржавыми рельсами заросших жд путей. Столбы и стенки по всей местности были обклеены листовками с координатами агентств, оказывающих помощь мигрантам, а в бывшем цехе по изготовлению лент для транспортеров было устроено нечто среднее меж столовой, интернет-кафе, отделением «Western Union» и прачечной. Джентрификация напротив оттенка среднеазиатского загара. У лет 5 назад покрашенных сероватой грунтовкой ворот с торца бывшего технопарка Жека приостановил «лексус» и посигналил.

Через полминуты ворота приоткрылись, из их выглянул Эргаш, вгляделся в салон, вызнал и открыл ворота. Жека заехал в бокс, в котором, тускло освещенные несколькими лампами дневного света, стояли два «немца» — новый C-класса «мерс» серебристого цвета и повидавший на собственном веку «опель астра» хетчбэк. Капот «мерса» был поднят, около него копошились узбеки в промасленных робах.

Они обернулись на Жеку, одарили его грязно-желтыми ухмылками и возвратились к работе. В слегка разошедшиеся створки ворот с улицы проскользнул Темир. Одетый в длиннющий темный халатик и с расшитой золотом тюбетейкой на голове, с длинноватой бородой с проседью, бригадир был похож не то на Хаджу Насреддина, не то на звездочета, торчащего на олдскульной рэпчине. Крайнее — из-за белоснежных дутых кроссовок в стиле х, купленных на каком-то дешевеньком вещевом рынке. Пожалуй, нет, по другому бы он наверное носил не тюбетейку, а бейсболку козырьком назад.

Увидев его, бригадир обширно улыбнулся во рту сверкнуло несколько золотых зубов и приветственно развел в стороны согнутые в локтях руки. Они втроем Эргаш следовал за ними на почтительном расстоянии обошли «лексус».

Темир пристально, как будто брал жеребца, орла либо слона — кто там у их в качестве домашних животных? Молодцы япошки, — повторял Темир, трогая окрашенный сплав как трогают даму. Езжай, дорогой, — и протянул ему руку с громоздкой золотой печаткой на пальце. Наверняка, я выгляжу в его очах Багдадским вором, безобидным и радостным таковым комичным персонажем, поразмыслил Жека, усаживаясь в свою машинку.

В общем, так оно и было. И в целом, это его устраивало. За день до работы Жека приехал к Темиру и до завтра оставил свою «астру» в боксе у узбеков. Из 2-ух вариантов — уйти пешком на данный момент либо вечерком опосля угона — он постоянно предпочитал 1-ый. Вприбавок, тормоза стали вдруг схватывать не с первого раза, и работники Темира обещали с ними разобраться. Ребята они ответственные, в бригаде дисциплина — так что Жека знал, что все будет в лучшем виде. Авторизованные центры отдыхают.

С площади Балтийского вокзала Жека позвонил Гарфилду. Толстый и радостный Андрюха работал айтишником в бизнес-центре неподалеку от метро. Жека предложил ему пересечься, испить по пиву «только по одному — завтра дела» и поточить лясы. Вирус изловила, сука тупая. А почему? А я ничего не делала».

Достали уже со своими «Одноклассниками», — объяснил Андрей задержку. Праздновать будет в субботу, предки заявятся, а сейчас так, легкий фуршет для собственных, без застолья. С Маргаритой, сестрой Андрея, как и с самим Гарфилдом, Жека был знаком, сколько себя помнил, с первого класса, и одно время, лет в восемнадцать пробовал встречаться с женщиной.

Тогда у их ничего не вышло, но дружеское роль сохранилась. Так что Жека полностью проходил по уровню «свой». Потому они прыгнули в кривую праворукую «хонду» Гарфилда, которой было 100 лет в обед, и рванули на район. Марго, оторва с длинноватыми рыжими волосами и с какого-то солнечного оттенка очами героини анимэ, встретила их в прихожей.

Тысячу лет не виделись! Было в ней сразу что-то от дорогой технологичной безделушки из «Le Futur» и от того, что в порнобизнесе обозначают термином «barely legal» [5]. Жека скинул «гриндерсы» на пол и следом за Гарфилдом прошел в комнату, где громко, но не на полную катушку, играл минимал. На подоконнике и на полу, в вазах и в трехлитровой банке, стояли еще букеты. Не считая их гостей было четыре. Две девушки и два парня.

Одна пара — до невозможности завитая блондинка с излишним весом и кожей цвета чистой картошки и ботанского вида дрищ в имиджевых очках и с татуировкой колющейся проволоки на запястье — были совместно и повсевременно это подчеркивали: держались за руки, чуток ли не обжимались на людях и называли друг друга «зайкой» и «лапкой». Его, естественно, не спрашивали, но, по мнению Жеки, парню стоило звать свою даму «свиноподобным бегемотищем», а ей — его — «анорексичной лже-очкаридой».

Понаблюдав, как блондинка метет с огромного блюда бутерброды, Жека добавил бы к ее определению слово «всепожирающая». Еще один юноша, по виду — грозный финский басдрайвер, вроде как имел виды на Марго, поэтому что серьезно обеспокоился Жекиным возникновением. Поздоровавшись с ним, Жека отдал осознать, что неопасен как выключенный паяльничек. Жека нехотя односложно отвечал на его левые высказывания на тему футбола, подбираясь к крайней гостье Марго, которая представилась как Настя.

Марго, Бегемотище и ее анорексичный дружок — самому ему было не стремно? Выпили за именинницу, 2-ой раз. Марго, Настя и Серж с Андреем плясали под минимал, даже не плясали, а слегка двигались. Музыку чуток приглушили, чтоб она не мешала говорить и все активно общались меж собой, но толстый Андрюха занимал так много места, что Жеке к Насте было не подступиться.

Он сел на диванчик, на другом краю которого лобзалась сладкая парочка, плеснул для себя виски. Прикладываясь к стакану, посматривал на танцующих. Заинтересовавшая его женщина двигалась грациозно, но без фанатизма и без посыла «Эй, все смотрите, как я умею танцевать! Так ненавязчиво дэнсят с друзьями в малеханьких залах «Radiobaby» либо капсуле «Torque».

Смотрелась Настя лет на 20 5 Недлинные прямые черные волосы, взлохмаченные гелем мощной фиксации в прическу «только что из постели». Черные, под цвет волос, глаза с прохладным блеском — казалось, что изнутри даму освещают лампы дневного света. Незапятнанная бледноватая кожа — элегантное ретро в эру искусственного загара.

Узкий нос с горбинкой, делавший ее наружность бескомпромиссной как тарантиновские «Reservoir Dogs». Две косточки, две точки под очами в начале щек. Выражение лица страстное и как бы высокомерное. Одета в голубого цвета с потертостями облегающие джинсы с треугольником «Guess? Как будто почувствовав, что Жека ее рассматривает, Настя обернулась. Они встретились взорами. Жека отвел глаза, заметив, что женщина разглядывает его с ног до головы самым бесцеремонным образом. Там он встал у окна и молча допил собственный виски, думая о том, что не хватало, чтоб он еще здесь влюбился в даму, с которой даже толком и не говорил.

Любовь с первого взгляда? Вроде бы она приходит опосля второго литра. А он прямо как школьник. Из туалета на кухню ввалилась Бегемотище и стала пьяно кокетничать, вынося Жеке мозг. Он уже желал позабыть про приличия и огласить, что его на данный момент стошнит от ее трясущихся как желе боков.

От скандала выручило возникновение Марго и Насти. Жека метнулся в комнату и возвратился со всей бутылкой «джеймсона», плеснул в стаканы и подал один Насте. Та кивнула. Настя и Жека чокнулись звякнувшими стаканами. Жека глотнул сладковатого с перченым послевкусием виски, которое слегка обожгло горло.

Настя протянула ему бутерброд с ветчиной. Дела плохи, успел помыслить Жека по дороге в комнату. Кажется, он в стопроцентном «игноре». И угораздило же его! Но, в конце концов, преодоление проблем — разве не это путь силы? На данный момент с год как видятся время от времени. Ежели бойфренд, то не знаю. Она прекрасная, но пришла одна… — Андрюха прищурился. От крайнего Жека решил воздержаться — вспоминая о завтрашней работе. Вообщем, этого его решения хватило минут на 5 пока не возникли Марго, Настя и бутерброды.

Обе хором закричали:. Позже они все пили, плясали под сменивший минимал коммерческий хаус с icebergradio. Жека продолжал осаждать Настю. Она улыбалась не смеялась, а конкретно улыбалась, не разжимая губ; Жека даже забоялся, что у нее брекеты его опьяненным шуточкам, втроем с Марго они завели дискуссию о музыке и фильмах, но, танцуя, она скрывалась от Жеки за кого-нибудь из гостей, на кухню либо на балкон «немного подышать» не шла.

От музыки и от «джеймсона» в голове Жеки шумело сильней и сильней. В некий момент минут на пятнадцать он завис на балконе с Бегемотищем. Пока она хохотала над рассказом Жеки о том, как в детстве они с Гарфилдом кидали с этого балкона подожженные бумажные самолетики, тот решил, что эта глупая блондиночка не так уж и плоха.

Беда в том, что она не одна, а со своим «зайкой». Хотя, почему это обязано его останавливать? В один момент выскочивший на балкон дружок Бегемотища закатил ей сцену в духе «тру эмо». Оставив этих ненормальных выяснять дела, Жека возвратился в комнату. Убитая излишним алкоголем и поздним временем, атмосфера праздничка умирала.

Серж настойчиво плясал с Марго, что-то шепча ей на ухо, поднабравшийся Гарфилд посиживал на краешке дивана в обнимку со стаканом молока и нетбуком и серфил веб-сайты. Настю Жека нашел на кухне. Она колдовала над туркой.

Обернувшись на шаги, мельком посмотрела на Жеку и продолжила караулить готовый закипеть кофе. Здесь хватит на двоих. В эту секунду Жека и сделал ошибку — принял ее вежливость за роль и пошел ва-банк, пьяно понадеявшись на свое притягательность.

Несколько недель назад это сработало. Они с Вальком-Хамлом весь вечер тогда болтались по району, у какого-то магазина зацепились языками с 2-мя привлекательными девчонками. Через пару часов опосля знакомства Жека таковой же фразой лишь заместо кофе в ней фигурировало пиво подобрал ключик к одной из женщин и увел ее к для себя домой.

Лучше отвяжись. Ну и как? Эта его «вся эзотерика за 20 минут». Так же не бывает в жизни, да? Читаешь и думаешь: «Ну это там… Из романов! Старенькые бредни». Пару книг в летнюю пору прочел, мне не понравилось. Как-то пишет он…как для полных гондонов. Она налила кофе, добавила в него огромную порцию молока, посластила. Присев на подоконник, отпила.

Жека погрузился на табуретку и смотрел на даму. Кажется, она утомилась от неизменного мужского внимания. Либо кокетничает? Тесноватый лифт принудил пересечься их личные места, они стояли у противоположных стен и смотрели друг другу в глаза. Жека пошевелил мозгами, что смотрится это, наверняка, не чрезвычайно.

Хотелось что-нибудь выдать про «корову», проассоциировавшуюся у него с «молоком», но сдержался. На Ленинском тормознула 2-ая либо 3-я по счету машинка — темного как Барак Обама цвета ушатанный «мерин». Пожилой российский «бомбила» за рулем и Григорий Лепс из колонок.

Элегантная и прохладная. Но скоро сломаешься. И я постараюсь уяснить тебя толстой. Хорошей ночи. Когда машинка, увозившая его разбитое сердечко, скрылась из виду, Жека двинулся к дому. Пойду рыдать, поразмыслил он. И слушать «A Silver Mt.

Самую печальную музыку на свете. С пришествием темноты дневная круговерть и сутолока Сенной с ее торговцами контрафакта, скупщиками краденых «мобил» и музыкантами и бездомными в подземных переходах перевоплотился в круговерть ночную: студенты, с одинокими розами в руках поджидающие собственных пассий, чтоб отвести их на вечерний киносеанс, бессчетные компании подвыпивших опосля работы, озирающиеся в поисках вчерашнего дня кавказцы и азиаты, стремные типки, пасущиеся около метро и «Макдональдса», за окнами которого гости увлеченно всасывали липкие как скотч калории.

Настю Жека увидел издалека. Она стояла чуток в стороне, под неярким уличным фонарем, переделывающим весь мир под себя, около лавки с металлическими тележными колесами по бокам. Одета женщина была в тренчкот в крупную красноватую клеточку, под которым угадывался деловой костюмчик. Вчерашний «взрыв на макаронной фабрике» в стиле журналов от хайр-индустрии заменила асимметричная офисная прическа.

Припарковавшись у тротуара, под знаком, запрещающим остановку, Жека посигналил. Настя, посмотрев на «опель», неуверенно двинулась в его сторону. Глянув в зеркало заднего вида, Жека открыл дверь «астры», одной ногой ступил на землю, выпрямился и помахал Насте. Она улыбнулась и пошла скорее. Села в салон, и Жеку обволок цветочный запах ее парфюма. Думаю о том, что ждала узреть тебя на наиболее большой машине.

Мне почему-либо казалось, что у тебя какой-либо внедорожник либо вроде того. А раз так, то для городка, по-моему, наилучший вариант — юркий и негабаритный кар. Нет… У меня не было подруг из домов на Крестовском. Думаю, там лифты так стерильные, что в их, наверняка, можно делать операцию.

А опосля секса в лифте купчинской многоэтажки, думаю, можно смело отчаливать сдавать анализы. Изловить какую-нибудь дрянь там проще обычного. Он вырулил на Гороховую. Это, естественно, ежели осознавать под счастьем смешанную в схожих пропорциях консистенция похмелья и древнерусской тоски. Хотя не нужен мне этот парк! In fact, forget the park! Сама же ситуация, при которой произнесена «пламенная речь» Бендера, была проста — он, как и традиционно, попал в неудобную ситуацию, и его выкинули из луна-парка.

Не один раз фраза переделывалась, но смысл остался постоянным. Есть и остальные фразы Бендера, которые полюбились поклонникам телесериала, но не все из их стали мемами. С блэкджеком и шлюхами Бендер Родригес - узнаваемый мультипликационный металлический герой, фразы которого может повторить каждый, кто хоть раз смотрел южноамериканский мультсериал «Футурама». Вот пара-тройка фраз, которые можно включить в мем: «Я построю свою больницу, с бесплатными бахилами и прекрасными медсестрами», «Я открою свою школу с игровыми автоматами и сладостями», «Я сдам свою сессию без двоек и взяток».

А вот и остальные мемы Выстроились в очередь и ожидают, пока ты их посмотришь Бенедикт Камбербэтч. И так сойдет. Кот застрял в окне.

Я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами варкрафт онлайн играть в карты

Свое казино с блэкджеком и шлюпками :D

Следующая статья москва казино охрана

Другие материалы по теме

  • К чему снятся игровые автоматы
  • Международная букмекерская контора ставки на спорт
  • Рулетка онлайн всемирная
  • spacer

    0 комментарии на “Я окрою свое казино с баром блэкждеком и шлюхами

    Оставить комментарий

    spacer